odiel (odiel) wrote,
odiel
odiel

Category:

«Золотой век» еврейской культуры в средневековой Испании.

Оригинал взят у laazar в «Золотой век» еврейской культуры в средневековой Испании.
В 1941 году в Мадриде был торжественно открыт центр еврейской истории – институт имени Ариаса Монтано, учёного-гебраиста и духовника короля Филиппа II. Открытие центра не было ни символическим жестом солидарности по отношению к преследуемому иудаизму, ни копированием многочисленных «институтов по изучению еврейских вопросов», которые немцы, союзники Испании, насаждали в странах покорённой ими Европы. Для франкистской Испании это событие означало обращение к своему далёкому прошлому, когда в Испании существовала процветающая еврейская община [11;58].
Можно предположить, что евреи появились на испанской земле ещё в VI в. до н.э., когда Храм Соломона в Иерусалиме был разрушен вавилонянами, а знатные и учёные люди насильно переселены в Месопотамию. Большинство из них в течении многих десятилетий находилось в «вавилонском плену», однако какая-то часть, по словам бибилейского пророка Овадии, оказалась «в Сефараде» [7;897]. Слово «Сефарад» впоследствии прочно закрепилась за территорией Испании, хотя точно и не известно, какое именно место указывал пророк. Тем не менее, в средние века евреи Испании с гордостью считали себя потомками тех аристократических иерусалимских изгнанников и находили в этом объяснение своим культурным достижениям [11], что и было одной из составляющих знаменитого сефардского элитизма и «bossy mentality».
Эра расцвета науки, литературы и поэзии началась для евреев Испании после завоевания Иберийского полуострова арабами-мусульманами. В начале X века Кордовским халифатом правил эмир Абд ар-Рахман III, в 929 г. объявивший себя халифом. Этот правитель, а потом и его сын аль-Хакам II, с 912 по 976 год превратили Кордову в цветущий город Европы. Аль-Хакамом была собрана библиотека, состоящая из 400 тыс. томов [6;631]. Известностью пользовался и кордовский университет, в котором учились десятки тысяч студентов, в том числе и многие видные представители западноевропейского феодального мира [9;83]. При дворе халифов жили и творили поэты, ученые. Там считалось достойным быть сведущим в поэзии и философии, которая увлекала арабских интеллектуалов благодаря переводам трудов античных греческих философов на арабский язык.
Положение евреев в Кордовском халифате было относительно свободным. Они жили общиной в своих кварталах, но это скорее отвечало их собственным запросам, чем являлось следствием дискриминации: так им легче было жить по еврейским законам, т.е. питаться кошерной пищей, учить детей Торе и заниматься Талмудом, вести свое галахическое судопроизводство. Еврейские торговцы были вхожи в дома арабской знати, они способствовали развитию международных связей и дипломатических отношений, так как действовали через своих единоверцев, рассеянных по всему свету. Высокого общественного положения добились также некоторые еврейские врачи [5;239].
Общая культурная атмосфера привела к тому, что многие евреи, добившись богатства и влияния, начинали заботиться о развитии интеллектуальной жизни своего народа, материально поддерживая науки и искусства, собирали манускрипты, приближали к себе поэтов, переводчиков, философов, поощряли развитие еврейской религиозной учености и еврейской светской культуры. Благодаря особой социально-культурной ситуации средневековье в Андалусии (так называли мусульманскую часть Испании и Португалии) в XI – XIII вв. ознаменовалось небывалым расцветом интеллектуального творчества и словесного искусства, отчего и получило название «Золотой век» еврейской культуры в Испании [8].
Поэзия у арабов Андалусии, рядом с которыми жили евреи, была весьма почитаемым искусством, но это искусство было строго регламентировано, т.е. подчинялось делению на жанры с жесткими требованиями к формальной структуре каждого жанра, к подобающему ему образному и словесному материалу и правилам разработки темы. Можно сказать, что арабская средневековая поэзия была в высшей степени «конвенциональным искусством» [5;239]. Поскольку у евреев Андалусии своей традиции светской поэзии не было, а арабский язык стал их родным, наряду с ивритом, языком и донес до них очарование арабской поэзии, еврейские поэты решили создать свою ивритскую поэзию равной красоты и совершенства. Они воспроизводили нормы арабской поэзии на иврите, сохраняя те же жанры и следуя тем же метрическим, структурным и тематическим образцам [3;164]. А цитирование Корана в арабской поэзии они заменили обильным цитированием Танаха.
О творчестве испанских еврейских литераторов, которые создали светскую ивритскую поэзию как гебраизированное (т.е. выраженное на иврите) подобие арабского стихосложения, мы знаем из литературного памятника – написанной по-арабски "Книги бесед и упоминаний" ивритского поэта Моше ибн Эзры. В нем автор рассуждает о месте поэтического искусства в системе наук, излагает историю арабской и еврейской поэзии с древних времен до своего времени, дает жизнеописания видных ивритских поэтов и приводит собственную биографию, а главное – дает подробнейшее описание формальных правил, которых следует придерживться начинающему поэту, чтобы не посрамить высокого искусства изящной словесности. Все правила и законы арабского стихосложения и их воплощение на иврите Моше ибн Эзра иллюстрирует примерами из арабской и ивритской поэзии, и среди последних большинство взято из его собственных стихов. Трактат Моше ибн Эзры свидетельствует, что еврейская культура той эпохи сумела творчески воспринять и переработать на свой лад достижения внешней, нееврейской культуры.
Так на иврите возникли оды, адресованные вельможе-покровителю, которые восхваляли с немыслимыми преувеличениями его реальные и стереотипные достоинства. Эти оды, и у евреев называвшиеся арабским словом касыда, были длинными стихотворениями, в которых поэты изощрялись в описании щедрости и образованности своих меценатов.
Другой важный жанр – гимн вину – был особенно уместен на званых пирах в домах у знати. Стихи о вине прославляли вид красного вина – «кровь виноградной лозы», его игру в стеклянном прозрачном бокале сравнивали с чудом – описанной в Торе казнью египетской, когда соседствовали лед и пламя: «и был град, и огонь, занимающийся внутри града» [2;321].
Третий жанр – стихи о любовной страсти, адресованные безымянной красавице или красавцу. Но это не были романтические стихи о реальных чувствах к избраннице сердца. Поэта больше занимала сама возможность создать стихотворение по заданному канону и в то же время поразить слушателей красотами языка и неожиданными сравнениями. Объектом страсти выбиралась какая-нибудь из подавальщиц на пиру, или виночерпий, или танцовщица, или служанка. При этом, чем больше разных образных рядов соединит поэт для характеристики одного и того же предмета, тем более он был достоин похвалы.
Однако, все куртуазные сравнения формулировались на библейском иврите, поэты обыгрывали библейские метафоры и обороты, которые в оригинале нередко служили для описания проникнутых святостью эпизодов. Так развивалось двойственное отношение к тексту Танаха – сакральное и литературное.
Среди прославленных поэтов «Золотого века» следует назвать четыре главных имени: Шмуэль ха-Нагид (982-1056 гг.), Шломо ибн Габироль (1021-1058 гг.), Моше ибн Эзра (1055-1139 гг.) и Иегуда Галеви (1075-1141 гг.). Описанная выше эпоха стимулировала их многогранные дарования, поэтому следует отметить, что все они отличились не только в поэзии. Шмуэль ха-Нагид был визирем халифа в Гранаде и полководцем его армии, лично принимавшим участие в сражениях; Шломо ибн Габироль оставил теософский труд «Источних жизни» и философскую поэму «Царский венец»; Моше ибн Эзра – уже упомянутый труд по теории средневековой поэзии, содержащий помимо правил и поэтических примеров сведения о еврейских поэтах того времени; Иегуда Галеви был преуспевающим врачом, а также написал апологию иудаизма – «Книгу хазара», где в виде бесед раввина с хазарским правителем обсуждает разные аспекты еврейской религии и веры и доказывает их преимущество перед христианством и исламом.
Хотя еврейские поэты "Золотого века" сознательно поставили ивритскую светскую поэзию в зависимость от арабской и даже перевели на иврит немало арабских стихов, они создали также совершенно новые поэтические образцы, отразившие их собственный индивидуальный жизненный опыт и особенности дарования. Так, Шмуэль ха-Нагид, который, как уже отмечалось, был в Гранаде полководцем, много времени проводившим в походах и сражениях, оставил беспрецедентные образцы батальной поэзии. В своих победах Шмуэль га-Нагид видел знак Божественного провидения, свидетельство приближающегося избавления еврейского народа от «рабства и изгнания». Почти все победы Гранады он запечатлел в стихах и гимнах, которые посылал в еврейские общины, призывая радоваться и ликовать, словно в праздник Пурим.
Источником вдохновения для Шмуэля, как и для других еврейских поэтов, служил Танах, поэтому свои поэтические сборники он назвал "Бен Тегилим" ("Ученик книги Псалмов"), "Бен Когэлет" ("Ученик Экклезиаста") и "Бен Мишлей" ("Ученик книги Притч"). Его стихотворения о вине и о любви по праву входят в число лучших произведений этого жанра. Подлинно трагическим событием в его жизни стала смерть старшего брата Иихака. Свою скорбь он излил в цикле из 19 траурных элегий, отличающихся необычайной искренностью и непосредственностью выражения. Многогранность
Творчество ха-Нагида многогранно. Он также написал лексикон Танаха, комментарии на Танах, полемическое сочинение с критикой Корана, сборник еврейских законов, послания к вавилонским Гаонам и мудрецам Северной Африки [10]. В его творчестве впервые вводятся или окончательно кристаллизуются жанры панегирика (восхваления), инвективы (обличения), официального и личного траурного стихотворения, любовной лирики, хвалы воину, эпиграммы и др. Поэзия Шмуэля ха-Нагида отличается языковым и стилистическим богатством.
Абу Айюб Сулейман бен Йахья ибн Габироль, или Шломо ибн Габироль стал одной из самых трагических, противоречивых и загадочных личностей в еврейской поэзии. Будущий поэт родился в 1021 или 1022 году в Малаге, на юге Испании, но вскоре переехал вместе с отцом в Сарагосу, где рано осиротел и остался без средств. Мальчика взял под покровительство богатый еврей Иекутиэль, поощрявший его учебу и занятия поэзией. Однако Иекутиэля оклеветали и бросили в тюрьму, где несчастный в скорости умер. Так Шломо ибн Гвироль остался один.
Творчество Шломо характеризуется жанровым разнообразием, высоким техническим мастерством и формальным новаторством. Ибн Габирол ввел в еврейскую поэзию психологическую рефлективность и душевную раздвоенность, что придает его творчеству особую лирическую глубину. Вершиной творчества Ибн Габироля является его литургическая поэзия и религиозно-философская поэма «Кетер малхут» («Царский венец») — возвышенная философская ода Всевышнему. Он написал более пятисот стихотворений и более двадцати книг, однако до нас дошла лишь малая часть из них. Сохранился его этико-философский трактат на арабском языке "Исправление качеств души", часть трактата в стихах по грамматике иврита, философская поэма "Венец царства", литургические произведения, в которых он первый использовал весь арсенал новых поэтических форм, отрывки из комментариев на Писание.
Семён Парижский говорит, в средневековой христианской схоластике одним из самых авторитетных сочинений, на которое не раз ссылался в своих теологических штудиях сам Фома Аквинский, был переведенный с арабского на латынь "Источник жизни" (Fons Vitae) некоего Авицеброна. Одни считали его мусульманином, другие - христианином, поскольку в самом трактате не было никаких указаний на то, к какой религии принадлежал автор. Но в XIX веке французский исследователь Соломон Мунк, проанализировав еврейские источники, доказал, что философ-неоплатоник Авицеброн и поэт Шломо ибн Габироль - одно и то же лицо [10].
К концу XI в. жанрово-стилистические характеристики андалусской еврейской поэзии окончательно сформировались. Итог поэтической теории и практики был подведен Моше ибн Эзрой в первом в средние века сочинении по еврейской поэтике — написанном по-арабски трактате «Китаб ал-мухадара в-ал-музакара» («Книга беседы и воспоминания»). Поэзия Моше Ибн Эзры отличается оригинальным стилем и предпочтением метафоры. Формальное новшество ибн Эзры — введение в еврейскую поэзию омонимического стиха (сборник «Сефер ха-анак» — «Книга ожерелья»), известного также под названием «Таршиш» («Перламутр»), числовое значение букв которого соответствует количеству стихотворных строк сборника — 1210 [4].
Завоевание Гранады Альморавидами в 1090 г., повлекшее за собой разгром местной еврейской общины, вынудило ибн Эзру покинуть город. Вторую половину жизни он провел в христианской Испании. Вынужденный искать покровительства меценатов, ибн Эзра страдал от своего зависимого положения и низкого (сравнительно с мусульманской Испанией) культурного уровня еврейских общин в христианских государствах. Поэзия ибн Эзры отличается орнаментальностью языка, сложностью и изысканностью композиции. Он писал стихотворения как на религиозные, так и на светские темы. Созданные в гранадский период стихотворения посвящены традиционным темам арабской и еврейской средневековой поэзии — дружбе, вину, любви, природе. В период скитаний к стихотворениям на традиционные темы прибавляются стихотворения об одиночестве в «стране Эдома» (название христианской Испании в еврейской средневековой литературе) и о тоске по родному городу. Религиозная поэзия ибн Эзры получила широкую известность благодаря слихот (молитвенные песнопения), метрическое разнообразие, музыкальность и богатство рифмы которых снискали ибн Эзре прозвище ха-Саллах («мастер слихот»). Значительное число литургических стихотворений ибн Эзры было включено в средневековую синагогальную литургию многих еврейских общин.
Философские воззрения ибн Эзры обнаруживают сильное влияние неоплатонизма ибн Габирола, «Мекор хаим» которого ибн Эзра многократно цитирует в написанном по-арабски философском трактате «Ал-макала би-л-хадика фи мана-л-маджаз ва-л-хакика» («Райский трактат о значении сокрытого и истинного смысла». В этом произведении ибн Эзра через рассмотрение метафорики языка приходит к обсуждению философских проблем. В центре внимания ибн Эзры стоят отношение человека к универсуму и непознаваемость Бога [4].
Иегуда ха-Леви (Галеви) – корифей средневековой еврейской поэзии. В Гранаде Иехуда ха-Леви написал первые поэтические произведения. После вторжения Альморавидов Иехуда ха-Леви покинул Гранаду. Некоторое время он жил в Толедо, занимаясь врачебной практикой (по-видимому, на службе у короля Альфонсо VI). В 1108 г. был убит его покровитель Шломо ибн Фарузиэль, достигший высокого положения при дворе. Иехуда ха-Леви покинул Толедо и начал странствовать. Жил в Севилье, Лусене и в Кордове.
Творчество ха-Леви включает почти все принятые в то время поэтические формы, а по содержанию отличается исключительно широким диапазоном своей тематики, простирающимся от глубоко лирических стихотворений и сатирических эпиграмм до элегий на национальные темы. Эти элегии достигают совершенства в цикле «Сионид» («Ширей-Цион»). Помня о своем священническом происхождении (прозвание ха-леви), поэт облек в стихи тоску по Земле Израиля и создал так называемые сиониды.
Бен-Сассон указывает, что Генрих Гейне отзывался о Галеви, как о «самом ярком светиле в трёхзвездии великого золотого века еврейско-испанской поэзии» (наряду с ибн Габиролем и ибн Эзрой) [1;305].
Сохранилось около 800 поэтических произведений Иехуды ха-Леви, написанных в традициях религиозной и светской испано-еврейской средневековой поэзии. Среди 350 пиютов (литургических гимнов) Иехуды ха-Леви особое место занимает тематический цикл, который может быть назван «Ширей ха-галут» («Песни изгнания»). Глубина религиозного и национального чувства сочетается здесь с образностью поэтических и пророческих книг Библии, что делает «Ширей ха-галут» одним из самых совершенных образцов еврейской поэзии всех времен.
Свое философское учение Иехуда ха-Леви изложил в написанном по-арабски сочинении «Китаб ал-хиджджа в-ад-далил фи наср ад-дин аз-залил» («Книга доказательства и довода в защиту униженной веры»), переведенном на иврит в середине XII в. Однако это сочинение более известно как «Сефер ха-кузари» («Книга хазара»), так как его сюжетной канвой служит обращение в иудаизм хазарского царя Булана. «Сефер ха-кузари» является не столько философским трактатом, сколько апологией иудаизма, которой придана форма полемики с аристотелевой философией, а также с христианством и исламом [4].
Между тем, христианские короли с середины XIII в. постепенно отодвигали на юг северную границу Андалусии, а мусульманские правители небольших халифатов, образовавшихся после распада объединенного Кордовского халифата, обращались за помощью к мусульманам Северной Африки, менее просвещённым и толерантным. Набеги и усобицы пагубно отразились на арабском и еврейском искусстве. Последним всплеском ивритского литературного творчества стало создание макам, тоже по арабскому образцу. Макама представляет собой серию приключений героя в сказочных странах. Каждый эпизод изложен рифмованной прозой и завершается назидательным стихотворением. Происхождение слова «макама», скорее всего, связано со словом «маком»; так называли общественное место, рынок, где сидел потерявший покровительство патрона поэт и от придворных стихов перешел к более «коммерческому» жанру, привлекающему народ. Макамы тоже сначала были переведены с арабского на иврит, а потом и еврейские поэты создали свои оригинальные макамы [5;241].



Список источников и литературы.

1. Бен-Сассон Х.Г. Средние века. // Очерк истории еврейского народа. Под. ред. Ш. Эттингера. «Библиотека-Алия», Иерусалим, 1994 г.
2. Ваэра. //Тора: Пятикнижие и Гафтарот. Ивритский текст с русским переводом и классическим комментарием «Сончино». М., «Мосты культуры». 2001 г., с. 321.//
3. Гойтейн Ш.Д. Евреи и арабы. Их связи на протяжении веков. «Мосты культуры», Москва, 2001 г.
4. Еврейская классическая и средневековая литература на иврите и арамейском языке. Краткая еврейская энциклопедия. http://www.eleven.co.il/article/12480
5. Еврейское самосознание. Под ред. В. Шкловской-Корди и С. Гольдина. Центр Чейза по развитию иудаики на русском языке, Иерусалим, 2004 г.
6. История Европы. Том 2. Средневековая Европа. Под. ред. А.О. Чубарьян. М., «Наука», 1992 г.
7. Книга пророка Авдия, глава 1, стих 20 // Библия. Книги Священного писания Ветхого и Нового Завета. Синодальный перевод. Москва, «Известия», 1991 г., с. 897. //
8. Копельман Зоя. «Золотой век» еврейской поэзии в Испании. Великие еврейские поэты средневековой Испании. http://www-r.openu.ac.il/radio/sifrut6.doc
9. Кудрявцев А.Е. Испания в средние века. Ленинград, ОГИЗ, 1937 г., с.
10. Парижский Семён. Золотой век еврейской литературы Испании. http://www.antho.net/library/blau/sjp/sjp.html
11. Поляков Леон. История антисемитизма. Книга 1. Эпоха веры. «Мосты культуры», Москва, 1997 г.


ОПУБЛИКОВАНО: "Традиционные общества: неизвестное прошлое." Материалы IV Международной научно-практической конференции, 7-8 апреля 2008 г. Челябинск. Издательство Челябинского государственного педагогического университета, 2008. С. 119-125. 7 страниц.

Tags: Севилья, русский гид в Севилье
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments